Удивительная сила

Удивительная сила

Все это началось со злости, любопытства и тревоги.

Разве не будешь сердиться, если тебе приходится каждое воскресенье оставаться дома? Он чуть свет потихоньку встанет с теплой кровати, возьмет еще с вечера приготовленные удочки, банку с червями и - быстро за дверь… Исчезнув на весь день, он возвращается обратно только поздно вечером, притащив на дне рюкзака десятка два окунишек и плотвы, каждая - с палец длиной. Покрупнее, конечно, сорвались, ветер подул с востока, да и место сегодня попалось нехорошее, - на другом берегу клев наверняка был бы лучше. Знакомые слова! Хоть бы приносил эту рыбешку чищеной! Нет! Будь так добра, начинай на ночь глядя потрошить ее ты. В самом деле рассердишься! Или, может быть, я сама виновата? Надо было хоть изредка ходить вместе с ним на рыбалку? Но что надеть на себя? Что обуть? И потом все будут пялить глаза: вот, смотрите, мол, женщина рыболовом заделалась! Нет, это очень сложно!

Больше всего мучило любопытство. Что это за удивительная сила, которая не дает покоя мужу? Он почти каждый раз приходит до смерти уставшим, рюкзак его частенько так же пуст, как и при выходе из дома. Но разве с этим считаются! Едва подойдет конец недели, как муж уже снова рвется куда-то… Наверное, только одно землетрясение принудило бы его отказаться идти на рыбалку.

Таким образом, в один прекрасный солнечный летний день - этот день был как по заказу, - забрав все снаряжение, мы шагали вдвоем по дороге к озеру.

Почему бы немного не покататься на лодке и не позагорать! Зеленые очки с собой, в рюкзак тайком положен интересный роман, потому что - боже мой! - разве на воде без книги проведешь день до вечера? В длинных брюках, в тренировочной куртке с засученными по локоть рукавами, перебросив через плечо ремень от чехла с удочками, я лихо шагала со своим рыболовом. Мною любовались. Нос у меня самоуверенно поднялся кверху. Но это самое обыкновенное, простительное женское чувство удовольствия: ведь видишь, что привлекаешь внимание. На этот раз не надо было и исключительной конструкции шляпки.

Так мы дошли до камышей. Поверхность озера едва рябила, слабый ветерок тихо гнал небольшие облака к востоку.

Мой рыболов посмотрел на все это внимательным и понимающим взглядом, потом заметил, что ветер дует с хорошей стороны, на восходе солнца он усилится, волны начнут раскачивать поплавки, и тогда наверняка станут клевать лещи, - а нам надо плыть к восточному берегу. Лишь бы не было яркого солнца. На это замечание я ничего не ответила, только подумала, что рыболовы - очень предусмотрительные люди: они заранее отыскивают виновников, на чьи головы можно свалить свою неудачу. Я, наоборот, радовалась солнцу, так как была уверена, что докрасна загоревшая кожа - это главное, что мы получим от этого похода.

И вот мы в лодке с попутным ветром заскользили потихоньку в ту сторону, где «волны начнут раскачивать поплавки»… А если не будут раскачивать, тогда не поймаем и лещей. Хитрые эти рыболовы!

Было так тихо, тихо и хорошо! Вытащила из рюкзака зеленые очки, надела их на нос - иначе появятся вокруг глаз морщинки - и осмотрела переливающееся, кажущееся зеленым пространство. Около камышей кружились одинокие чайки, время от времени переворачиваясь через крыло и бултыхаясь в воду. Выходит, кроме нас на озере были еще рыболовы…

Эта тишина, которая время от времени нарушалась криком птицы или пролетевшим слепнем, была очень приятной и успокаивающей. Само собой пришло решение, что можно когда-нибудь и еще раз поехать. А почему бы и нет? Хотя бы для того, чтобы отдохнуть от раздражающих нервы автомобильных гудков, звона и грохота трамваев, хрипящих репродукторов и вихрящейся по улицам пыли…

- Эгей! Бросай якорь! - разбудил меня от моих мыслей муж.

Значит, рабочий день начался! Мне прошептали, что нужно сидеть тихо, как мышонок, нельзя чрезмерно стучать в лодке, и к этому добавили еще много других советов и наставлений. Что ж, попытаемся все эти обязательства выполнять добросовестно. При помощи двух якорей лодку закрепили параллельно с камышами. Потом началось священнодействие над удилищами. Наконец предназначенные для меня снасти были подготовлены, с серьезным лицом промеряна глубина и отмечена на удочке поплавком. Затем последовал выбор червяка из банки: попробовали один, примерили другой, наконец выбрали из клубка самого подходящего и видного. Немного погодя он уже висел, извиваясь, на крючке. Ой, как жутко! Мой рыболов успокаивал меня, что червяк не от боли извивается, а просто так - от неудобства.

Мне в руки дали удилище. Раскачивающаяся леска с извивающимся дождевым червяком на крючке прошла мимо моего носа.

- Поплюй три раза на него, тогда лучше будет клевать!

«Что это еще за шутка? - думала я про себя. - Впрочем, может, так и должно быть: если не выполнять всех обычаев, рыболовом, видно, не станешь».

Наконец посчастливилось всю эту снасть с попутным ветром забросить к камышам. Пусть мокнет! Мне остается только присматривать за нею… На носу лодки шла сборка другой удочки. В стороне купалась чудесная маленькая чаечка… Да один слепень укусил меня за ногу…

- Поплавок исчез!!! - так крикнула я, что далеко-далеко сидевшие чайки с испуга поднялись в воздух.

- Тяни!

Виух! Что-то брыкающееся высоко просвистело над головой, конец удилища шлепнулся за моей спиной в воду, а лодка угрожающе накренилась набок. Еще немного, и я через борт свалилась бы в воду.

С бьющимся сердцем вытащила удочку и увидела на крючке оторванную рыбью губу. Это была моя первая добыча.

- Да-да, - сказал рыболов, посмеиваясь, - не всякое начинание бывает удачным. А рыбная ловля особо тонкое дело. Здесь действуют своеобразные законы вежливости: если рыба с тобой поздоровается поклевкой,- то ты должен ответить ей маленькой подсечкой. С грубой силой или с таким темпераментом, как у тебя, нечего и начинать рыбачить.

Попробовала ловить вежливее и с чувством. И правда, дело пошло. Что из того, что попадались маленькие, но все же это были рыбы. Первые собственноручно пойманные рыбки! Итак, я рыболов! Разумеется, я еще не могла сама - сердце к этому не лежало - надевать на крючок червяка. Эх, дойти бы до того, чтобы обходиться без посторонней помощи!

Вечер подошел страшно быстро! Бесконечно жаль было вытаскивать якорЯ. Но делать нечего - густеющие сумерки стали мешать ловле. В рюкзаке было около 2 килограммов рыбы: окуней, плотвы и одна щучка. Дома я почувствовала приятное утомление (интересно: того, что утомление бывает приятным, раньше я как-то не замечала). Вечером, когда легла в постель и закрыла глаза, я все еще видела переливающееся озеро, купающихся чаек, бьющихся на крючке серебряных рыбок. Пожалуй, придется еще сходить. В этом «еще сходить» заключалась таинственная удивительная сила!

Так, незаметно для себя, я неожиданно окунулась в новую жизнь, которая до этих пор была для меня совершенно непонятной. Кого эта «болезнь» не -затронула, тот не поймет и чувства, заставляющего опять и опять брать рыболовное снаряжение и идти, иногда очень далеко, чтобы увидеть поблескивающую водяную гладь, услышать шорох камышей, испытать счастье удочкой за камнями и лопухами, долго брести по берегу, услышать магическое слово «берет» или, по крайней мере, увидеть того, у которого «взяло».

Эти путешествия начинаются с ранней весны, вскоре после того, как дождь и солнце освободят ото льда реку Вяна. В первом выходе есть нечто такое, для описания чего не хватает слов. Последние дни длинной зимы беспокойны, не хватает терпения дождаться момента, когда, наконец, с рюкзаком за плечами и удилищами в чехле можно пуститься в долгожданную дорогу. Но дни ранней ловли ельца капризные и часто поражают рыболовов сменой погоды: в солнечный ясный день вдруг потянет холодом, за воротник начнет задувать ледяной ветер, небо затянется тучами, а из них посыплется дождь… Настоящего рыболова это не пугает.

Мне так нравится эта милая картина, когда поезд останавливается на станции Вяна и с него один за другим соскакивают рыболовы с удочками. Многие очень спешат. У других, по-видимому, времени больше, но это только кажется. Старые рыболовы печально качают головами: да, миновали спокойные дни. К ним присоединились молодые и неизвестные люди, которым нет времени посмотреть, откуда дует ветер и какова погода, им - лишь бы быстрее к лесу, к реке. Но и старикам больше ничего не остается делать. И вереница с удочками движется по длинным лесным тропам к желанным быстринам и перекатам.

Да, здесь на берегу реки рыбалка была совершенно иной, чем на озере. Сперва я должна была снова учиться, пока не привыкла пользоваться водоворотами и волнением реки. Было ли это счастьем или умением, но я вытащила 5 или 6 ельцов. Мою удачу заметили соседние рыболовы, за спиной послышался топот ног и треск сучьев. Смотрю: три человека с удочками в руках быстро скатываются по обрыву вниз, и вот уже три поплавка плавают около моего. Спустя несколько минут на водной поверхности в 1 квадратный метр их становится шесть. Вот мой поплавок окунулся в воду. Потянула. В это самое время исчезли еще два поплавка, и соседи подняли свои удилища. Оказывается, наши червяки в подводном водовороте встретились по-дружески и так скрутили лески, что пришлось долго сидеть и распутывать их.

- Действительно, много новых лиц, очень много, - принужден был признаться мой учитель-рыболов.

«Пусть, - думала я про себя, - ведь и я отношусь к этим «новым лицам». До сих пор не могу управиться с дождевым червяком, мне все еще нужен помощник. Но одно я усвоила хорошо, что ловить на червяка надо на одном месте. Бывало и так, что из-за своей усидчивости я становилась помехой для бродячих рыболовов-спин- нингистов. Это такого сорта люди, которые не признают покой одиночного рыболова и ни во что не ставят выбранное им для лова место. Их можно оправдать тем, что в нашей реке мало рыбы. Вполне естественно, что ни один рыболов не хочет вернуться домой с пустыми руками.

Если однажды где-нибудь поймал рыбину, тебя опять тянет на то же место. И мы снова оказались на берегу этой речки в разгаре весны, когда цвела иван-да-марья. После обеда я и муж прилегли отдохнуть. В «работе» были только две донки. На концах удилищ на лесках были привязаны звонкие колокольчики. С соломинкой в зубах, рассеянным взглядом я наблюдала, как на другой стороне по берегу шли гуськом три рыболова с почти пустыми рюкзаками, наверное, они шли на станцию.

Вдруг зазвенел колокольчик. Звонарь попался довольно энергичный, леска дергалась резко. На донку поймался рыбец. Шедшие по тому берегу рыболовы, увидя это, остановились, словно сговорившись, сбросили с себя снаряжение, проворно отыскали в своих рюкзаках донки, и по направлению к нам почти со свистом полетели свинцовые грузила.

Да, для моего типа рыболова «жизненное пространство» настойчиво стремилось сузиться. Что будет, если перейти на «бродячее рыболовство» и попробовать забрасывать блесну? Такая мысль мучила меня давно, но до сих пор спиннинг был в нашей семье для меня неприкосновенным. Говорили просто: «Запутаешь леску! С ним надо обращаться умеючи!» И я держалась от этого таинственного спиннинга подальше. Наконец моя женская настойчивость взяла верх и меня начали обучать забросам на покрытом цветами берегу реки Вяна. К леске привязали подходящий свинцовый груз. Долго пришлось помучиться, учась забрасывать блесну, прежде чем оценили мое мастерство настолько, что я сама стала владетельницей спиннинга - этого священного оружия и могла идти к реке попробовать ловить по-настоящему. Первое время я ошибалась в оценке расстояния, и несколько раз блесна повисала на ольховых сучьях противоположного берега. Но все же сказали, что мне вполне можно поставить три с плюсом. Не сама оценка меня так радовала, а именно лазанье вниз и вверх по берегу, барахтанье в воде, прочесыванье под противоположным берегом прогалин между ольхами и лопухами. Случилось, что в этот самый день я пережила и минуты волнения - такие знакомые для спиннингиста. Почувствовала поклевку, которая передалась по удилищу к сердцу, а оттуда до самых кончиков пальцев ног. Лицо побледнело. Сделала подсечку… Нет, это не подводная кочка или коряга!

Сердце колотилось бешено, во рту пересохло. Только бы не сорвалась! Я, как умела, утомила рыбу и подвела ее к берегу. Первая щука! Моими руками пойманная щука. Так я получила первое крещение спиннингом, почувствовала, что стала настоящим рыболовом. И когда в тот день засунула в рюкзак еще пару щучек, или, как их называли, щурят, тогда я окончательно отдала свою душу дьяволу.

Следующий рейс был на море. Плавали мы, главным образом, около Маарямяэй, где я познакомилась с еще большими рыбами. На этот раз я оказалась среди трех спиннингистов единственной с 5-килограммовой щукой. И как «настоящие» рыболовы ни накаляли забросами свои спиннинговые катушки, счастье им не улыбалось.

Повысив за следующую весну и лето свое мастерство на ловле морской форели и щуки, я могла мечтать осенью начать спортивную ловлю спиннингом, попытать свои силы и умение на нашем короле рыб - лососе.

Пасмурное туманное утро на реке Пирите. Стоим под перекатом «смотрим на стремительную воду, пену и воронки. На рассвете мы видели поднявшийся на поверхность воды большой плавник, - значит, место выбрано правильно.

Тщательный осмотр удилища, лески, катушки - лосось шутить не любит. На втором или третьем забросе вдруг почувствовала, что блесна за что-то зацепилась. Сделала быструю и сильную подсечку - леска вдруг пошла против течения. Быстро подняла конец удилища вверх, как приказали, засунула рукоятку удилища под мышку и прижала катушку ладонью. Вот это был танец! Даже нельзя представить! Сжимая зубы, я заставляла себя быть спокойной и делала все так, как мне все время кричали. Но удилища из рук не отдала. Скоро лосось стал спускаться вниз по течению. Я спокойно пошла за ним по берегу, и около 100 метров ниже по реке мой рыболов вытащил его багориком. Красивый крупный самец. В том, что рыболовы дружелюбный народ, пришлось убедиться еще раз. Меня сразу окружили - откуда их столько взялось? - и крепко жали мне руку.

И какое чувство было у меня? Это должен каждый сам испытать. Идите и попробуйте, правда, идите! Камень вам в мешок!

‹№ 15, I960)

Перевод с эстонского К. Ю. Реппа

Арвид Григулис

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Красота – это страшная сила!

Из книги Хороший нож автора Косов Е В

Красота – это страшная сила! В октябре охотники-гончатники, собравшись компанией, когда с гончей-одиночкой, когда со смычком – парой гончих (редко встретишь стаю гончих из трех и более собак), выходят по чернотропу, чтобы добыть зайца. Идут они на эту охоту не только для