КАК НА МАШИНЕ Я ОБОГНАЛ САМОЛЕТ

КАК НА МАШИНЕ Я ОБОГНАЛ САМОЛЕТ

Как научиться не бросать педаль сцепления

– Слушай, душа моя... – говорит режиссер Виталий Игнатьевич, взяв меня за рукав.

Он всех, кому что-то говорит, берет за рукав и называет «душа моя» – может, просто имен не запоминает? Но сердце у меня замирает: вот он, мой звездный час! Сейчас Виталий Игнатьевич скажет: «Попробуй-ка сыграть этот эпизод за Сашу, что-то у него не получается».

И я войду в свет юпитеров... Нет, сначала гримеры меня загримируют, костюмеры оденут, потом я войду в свет юпитеров, застрекочут камеры, и... все ахнут: «Какой замечательный, оказывается, артист скрывался в этом инженеришке с автозавода!»

– Душа моя, – тянет Виталий Игнатьевич, – займись, пожалуйста, на досуге Мариной Дюжевой, научи ее ездить, хоть немного, а то, понимаешь, не всегда за рулем может сидеть ее дублерша. Ладно?

Я киваю, расстроенный до слез: не случилось звездного часа.

Мало того – роль отбирают. Дело в том, что «дублерша» актрисы Дюжевой – это я. На меня напяливают противную, тесную, пахнущую чужим потом женскую одежду, такую же, как у нее, только на несколько размеров больше, парик и широкополую шляпу и снимают за рулем на мелких планах, проездах, когда мелькаешь на экране не больше секунды.

Что ж, мы люди подневольные, маленькие, сегодня же начну учить эту фифу за руль держаться. С этой минуты я начинаю к Дюжевой приглядываться повнимательнее: стройная, невысокая, светловолосая. Мне хорошо знакомо ее лицо по фильмам, но помню я из них только «Мимино», «По семейным обстоятельствам», «Трактир на Пятницкой»... ах да, еще «Горожане», она там дочку Николая Крючкова, таксиста, играла.

Ну, вообще-то она, конечно, искренняя, детская какая-то, глаза такие сияющие... А здесь, в «Похищении века», в этой элегантной широкополой шляпе, в этих плотно облегающих бедра джинсах, она просто очаровательна; к такому выводу прихожу я не без внутреннего сопротивления.

И теплым осенним вечером мы катим с Мариной по улицам Ялты. Я пока за рулем: мне надо вывести машину на Севастопольскую трассу и уже там дать ей руль. Разговариваем о пустяках, но чувствую я себя скованно: терпеть не могу учить ездить. Честно говоря, я и учил-то в своей жизни до Марины всего троих, да и те – солдатики, в армии это было, где служил я офицером-двухгодичником после Московского автомеханического института.

И до чего же бестолковые попались мне солдатики: уже с правами, автошколы пооканчивали, а машина у всех троих козлом скакала – все трое не могли сцепление плавно отпустить. Сколько слов и мата я тогда на них потратил: «Не бросай, гад, сцепление!» Ничего не помогало, пока какой-то грамотный офицер меня не надоумил:

– А ты врежь по шее – знаешь, как рефлекс закрепляется?..

И действительно, хотите – верьте, хотите – нет: врезал каждому по разу – все как по маслу, второго раза не потребовалось. Но там – солдаты, здесь – артистка, причем известная, может, надо как-то по-другому?

Разговариваем с Мариной, пока я кручу баранку по тесным ялтинским улицам. Оказывается, имя Марина она не любит и сама себя зовет Машей, так же ее зовут и друзья. Ездить она училась в Москве, специально для этих съемок, но прав не получила и никогда получать не будет, потому что на экзамене по вождению идиот гаишник приказал ей остановиться и заорал:

– Вон из машины! Ты не то что ездить – сидеть в ней не имеешь права!

Тут от моей неприязни к артистке не остается и следа, и в пику гаишнику я решаю Дюжеву только хвалить и за оставшееся время съемок научить ее ездить по-настоящему, а не только для «крупных планов».

– А как вы, Юра, на эти съемки попали? – вдруг спрашивает она. – Ведь вы, по-моему, на автозаводе работаете?

– Работал, да. Испытателем. Уволился... – мучительно тяну я в ответ, не желая рассказывать ей свою историю. – Здесь гораздо больше платят.

Она кивает: понятно. Ну зачем мне рассказывать ей, что я три последних года работал стажером экспортного отдела АЗЛК, что всем нам приходилось подсиживать друг друга, чтобы быстрее вырваться за границу представителями завода, что и задницы всему начальству приходилось вылизывать до блеска, и огороды им вскапывать, и дачи строить? Сказать ей, что однажды я не выдержал, послал такую жизнь на хрен, и мне предложили уволиться, да, на мое счастье, попался мне в те дни Виталий Голубев, директор этой вот самой картины «Похищение века», стереоскопической, то есть объемной, eе надо смотреть в спецочках, картины, где она снимается? Что был я как бы личным механиком его новехонького «Москвича» и что оформили меня по договору на эту картину «инженером-консультантом», а на самом деле – мальчиком на побегушках? Это мне, что ли, рассказывать артистке Дюжевой?

Она ведь прекрасно знает, что официальный каскадер на нашей картине – Витька Иванов, белокурый бог, каратист, гонщик. У меня, правда, тоже первый разряд по автоспорту, что дает мне право выполнять автотрюки, но нет страховки, а без нее нельзя. Да если б и была, Голубев все равно предпочел бы Иванова, потому что он профессионал, а я первый раз на съемочной площадке, и живых артистов тоже вижу впервые в жизни – мне все это надо Дюжевой рассказывать?

Перебьется: «больше платят», и вопрос исчерпан.

– Давай-ка, Маш, садись за руль. – Я останавливаюсь.

Ай-яй-яй! Как же эта артистка бросает сцепление! Как же бедная моя «блондинка» дергает и стонет – сердце кровью обливается.

– Смотри, Маш, ноги работают одновременно и плавно: если левая сцепление нажимает, то правая газ отпускает, и наоборот, поняла?

Она кивает, закусив губу и вытянув шею, как страус. Пальцы ее на руле белеют, и я чувствую, что, если еще пару раз у нее не получится, бросит все к чертовой матери, расплачется и просто выскочит из машины – в степь.

– Ну давай еще разик, только плавно отпускай сцепление, ладно?

Она послушно кивает.

Ай-яй-яй, что же она вытворяет! И я машинально, не думая, как тогда, в армии, луплю своей увесистой ладонью по ее длинной и красивой шее. Не сильно луплю. Но и не слабо – нормально.

Машина замирает, Дюжева замирает тоже, медленно поворачивает ко мне свое лицо с огромными карими глазищами. И в них такое удивление и блеск от нарождающихся слез, что я от сильного испуга совершенно деловито говорю:

– Это рефлекс так закрепляется. Вот увидишь – больше ты сцепление ни разу не бросишь. Давай еще раз, последний, и плюнь мне в морду, если я вру.

Плевать не пришлось – больше педаль сцепления Марина Дюжева не бросила. Ни разу. Ни там, в Ялте, ни потом, спустя много-много лет – никогда.

Плюньте мне в морду, если я вру. А лучше сами попробуйте поучить кого-нибудь ездить.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Самолет

Из книги Сам себе сантехник. Сантехнические дачные коммуникации автора Кашкаров Андрей Петрович

Самолет Твой игрушечный самолет (рис. 32) будет состоять из следующих деталей: верхнее крыло (5 х 24 х 1,5 см), нижнее крыло (5x15x1 см), фюзеляж (5 х 30 х 1,5 см) и руль. Соответствующих размеров должны быть и доски, поэтому заранее подбери подходящие заготовки для этой работы. Рис. 32.


Что купить к машине?

Из книги Наука путешествовать. Как найти приключения автора Должанский Вадим Юрьевич

Что купить к машине? Есть автомобильные причиндалы первой необходимости, без которых ну никак не обойтись, а есть причиндалы второй необходимости. Начнем с аксессуаров первой необходимости. Ножной (или электрический) насос, резиновые корытца-коврики под ноги, панорамное


ДЕТИ В МАШИНЕ

Из книги Кровати, диваны, канапе, тумбочки, столики и другая мебель для детской и спальни автора Подольский Юрий Федорович

ДЕТИ В МАШИНЕ Однажды в Германии я увидел полицейскую машину, у заднего стекла которой лежал плюшевый медвежонок. Через пару дней единственным пассажиром другой полицейской машины оказалась кукла в свадебном платье. Я не удержался и спросил у полицейского:– Эта игрушка


ЖИВОТНЫЕ В МАШИНЕ

Из книги автора

ЖИВОТНЫЕ В МАШИНЕ Кошки не переносят духоту и закрытые помещения. Машину и езду они ненавидят, как правило, всеми фибрами своей кошачьей души. И чуют поездку еще до того, как вы решили ехать. А почуяв, обязательно забьются в самый дальний угол. В квартире-то их еще можно


КАК НА МАШИНЕ Я ОБОГНАЛ САМОЛЕТ

Из книги автора

КАК НА МАШИНЕ Я ОБОГНАЛ САМОЛЕТ Как научиться не бросать педаль сцепления – Слушай, душа моя... – говорит режиссер Виталий Игнатьевич, взяв меня за рукав.Он всех, кому что-то говорит, берет за рукав и называет «душа моя» – может, просто имен не запоминает? Но сердце у меня


2.2.4. Быстрый ремонт соскочившего ремня в стиральной машине

Из книги автора

2.2.4. Быстрый ремонт соскочившего ремня в стиральной машине Речь пойдет о стиральных машинах-автоматах с боковой загрузкой белья на примере Samsung S1021, приобретенной мною пять лет назад и прекрасно зарекомендовавшей себя сначала в городе, а затем и в деревне. Это не пустые


АВТОСТОП И ПУТЕШЕСТВИЯ НА СОБСТВЕННОЙ МАШИНЕ

Из книги автора

АВТОСТОП И ПУТЕШЕСТВИЯ НА СОБСТВЕННОЙ МАШИНЕ Этот способ передвижения известен давно, но широкое распространение, как способ путешествия, получил в конце 50-х — начале 60-х годов в Америке и Европе.Первым российским автостопщиком считается Ломоносов (фамилии остальных до


Детская кровать «Самолет»

Из книги автора

Детская кровать «Самолет» Если у ребенка есть собственная кровать, то считайте, что в комнате у него уже есть свое место. А если у него будет такая кровать, как на рис. 38, то это больше, чем место, это уже свой угол, среда обитания. Потому что рассматриваемая конструкция –