АВТОМЕНТАЛИТЕТ РОССИЯН

АВТОМЕНТАЛИТЕТ РОССИЯН

Мой приятель-журналист, проживающий ныне в Швейцарии, раз в три-четыре месяца приезжает в Россию. Не по бизнесу приезжает – только за «ощущением жизни», как он сам выражается. «Понимаешь, символ Швейцарии для меня – холеная корова, пасущаяся на зеленом лугу. Она пасется сегодня, завтра, год, пять, десять лет пасется, жрет, зараза, траву, и ничего вокруг не происходит! Сытое, размеренное и дико скучное бытие!! А здесь, у вас, время спрессовано событиями. Вы за месяц, да даже за неделю проживаете столько, сколько „цивильные нации“ за годы!»

С ним трудно не согласиться. Когда я окидываю взглядом изменения, если так можно выразиться, произошедшие в автомобильном менталитете россиян всего лишь за мою шестидесятилетнюю жизнь, я поражаюсь тому, что вижу. Какой гигантский скачок! Но судите сами.

Во времена моей юности иметь собственный автомобиль было все равно что сегодня иметь собственный самолет. В нашем военном городке на окраине Пскова на владельцев «Победы» и «Волги» с оленем на капоте – заметьте! всего два человека на весь город – смотрели так, как сегодня смотрят на долларовых миллионеров, – с восторгом и неприязнью одновременно. Это были годы пятидесятые.

В шестидесятые и даже в семидесятые, когда в СССР «Фиат» впрыснул 660 000 автомобилей в год, ситуация мало изменилась, разве что «Победа» исчезла, а «Жигулей», «Москвичей», «Волг» и горбатых «запоров» стали выпускать больше, но все равно на них были очереди, но все равно «Москвич-412», например, стоил 4900 рублей, «Жигули» – 5500 рублей, при средней зарплате того времени 120 рублей – более 40 – 50 зарплат за автомобиль!! И тем не менее на черном рынке за автомобиль просили двойную магазинную цену. На машину семья полжизни копила, чтобы оставшиеся полжизни на ней ездить, а потом еще и передать ее потомкам.

Мы были единственной страной в мире, где, как говорили западные радиостанции, старая машина стоила дороже новой.

Прошло каких-то 30 – 40 лет, и сегодня Россия со страшной силой автомобилизируется – при средней зарплате по стране 12 000 рублей семье из двух человек, чтобы приобрести отечественный автомобиль секонд-хенд, необходимо копить всего полгода!

Но наш мидл-класс отечественный секонд-хенд не берет вообще, а новые отечественные автомобили берет мало, предпочитает «бюджетные» (т. е. самые недорогие) иномарки совместного производства. Часто в кредит.

Для того чтобы понять, что хочет взять на авторынке наш потребитель, надо сначала определить понятие «мидл-класс». Оно чрезвычайно размытое – семьи из трех-четырех человек с доходом от 50 000 до 300 000 рублей в месяц. Далее идет «новая русскость».

В первой половине девяностых, когда «свободным предпринимателям» шла шальная деньга за любое их телодвижение в бизнесе, мидл-класса еще не было. Были только новые русские и мы, служивые, на зарплате, – нищие. Наши новые богатеи отличались от западных тем, что, имея, скажем, 200 000 долларов за пазухой, они брали тачки за 80 000 – 100 000 зеленых. В то время как западные бюргеры и коммерсанты, имея, допустим, те же самые 200 000 на счете, не могли позволить себе взять машину дороже 20 000 – 30 000 долларов, да и то в кредит. Они всегда и считали, и придерживали каждый цент.

Теперь мидл-класс в России какой-никакой есть. И он выбирает машины. Какие?

Самые экономные и практичные берут все-таки машины новые оте чественные или новые дешевые иномарки совместного производства – простой пример: на стоянке в одну ночь отморозки разбили боковые стекла «десятки» и «Ауди А-4», сперли магнитолы. Так вот, без учета стоимости магнитол восстановление боковых стекол владельцу «десятки» обошлось в 500 рублей, а владельцу «Ауди» – в 250 долларов. Далее – за два года эксплуатации у «десятки» было около двух десятков отказов и дефектов, на устранение которых (без гарантии) было потрачено около 7000 рублей – 240 долларов. За то же время у «Ауди» было всего три отказа, устраненных по гарантии, но договор на эту самую гарантию плюс плановые ТО-1, 2, 3 вылились в общей сложности в 1000 долларов. Разница есть? Я уже не говорю об авариях – элемент крыла или капота, или дверцы, подвергающийся рихтовке, шпаклевке с последующей окраской, на отечественной машине стоит максимум 1500 рублей (60 долларов), а на средней по цене иномарке – 150 – 300 долларов. Из этого следует – тот, кто деньги считает и не собирается пускать пыль в глаза, покупает отечественные автомобили или новые дешевые иномарки – в кредит.

Наш мидл-класс не проявляет патриотизма при выборе машины, как французы, предпочитающие «Рено», «Пежо» или «Ситроен», как немцы, выбирающие «Мерседес», «Ауди», «Фольксваген» или «БМВ» – у них эти модели в большом диапазоне цен и меньшем разбросе качества, а сервис – на каждом километре, и сами они под капотом не копаются. Выбор же наших «бюргеров» – новый ВАЗ, западный секонд-хенд, на худой конец – японская праворулька, в лучшем случае – новые дешевые иномарки в кредит, а уж какая модель – зависит от условий их жизни.

Если человек живет в небольшом городке или сельской местности, то он выбирает «девятки», «шестерки», «семерки», «четверки» и «десятки», поскольку может их починить в любом местном гараже. Обслуживание сложных «распределенных» инжекторных двигателей, а тем более автоматических коробок передач – в областном центре, до которого еще надо доехать.

За последние годы в головах наших соотечественников произошел грандиозный сдвиг – мы узнали иномарки. И новые, и старые, пускай десятилетние, но «БМВ» и «мерсы» за те же 5000 – 7000 зеленых. И когда в них садишься, когда тебя обнимает полная тишина, когда дверцы захлопываются не со звуком консервной банки, а глухо, солидно, когда нажимаешь педаль и улетаешь, а «торпеда» «под дерево» подмигивает тебе совсем не российской роскошью – как тут не послать весь российский автопром на любые буквы! И посылают, не в силах пересесть с двенадцатилетнего «БМВ» на новую «десятку». И их понять можно – чисто российский автопром потихоньку погибает под натиском более качественных машин совместного производства. Они – вчерашний день западного автопрома, но для нас – сегодняшний.

Если раньше люди делились на тех, кто имеет машину, и тех, кто ее не имеет, то теперь становится важным – какая у вас машина? Если вы ответите: «Мерседес», вас тут же спросят: «Какого года? Какой?» – и мгновенно определят уровень вашего благосостояния. По мере его возрастания человек начинает стремиться к тому, чтобы автомобиль соответствовал его привычному комфортному миру – квартире, кабинету: он не должен быть ниже уровнем. Выше – пожалуйста. И это нормально.

С недавних пор с «бюджетной» «КИА-Спектры» я пересел на «Лексус-GS 300». И честно говоря, разницу столичной езды почувствовал сразу – иногда за нашего человека очень неудобно становится: еду – и наперед знаю, кто меня подрежет, а кто безоговорочно притормозит и уступит место.

Доводилось ли вам видеть, скажем, джип «Порше-Кайен», спокойно едущий в потоке? Нет, не плетущийся в пробке, когда деваться некуда, а спокойно едущий в потоке? Или «Гелендваген», «Инфинити», крутой «Лексус»? Обратите внимание – такое увидеть трудно. Если уж человек оседлал тачку за сто с лишним тонн зеленых, то как он может на таком чуде ехать за «Жигулями»?! Как он может ждать, пока его пропустит какой-нибудь «Фольксваген»? Да это ж западло!

Ни в одном городе мира нет такого автомобильного расизма, как у нас: чем машина дороже, круче, тем бесцеремоннее ее водитель. Хотя нет, в 1985 году в Афганистане мне приходилось видеть подобное. Я никак не мог понять принцип разъезда транспорта на кабульских площадях: кто кого пропускает, кто имеет преимущество, какие у них тут правила? Знающие люди объяснили мне: «Преимущество имеет тот, у кого масса больше». Наши бэтээры – вне конкуренции». Так и у нас сегодня. Только эквивалент крутизны не вес, а деньги.

Что по этому поводу мне хотелось бы сказать? В России на дорогих машинах ездит первое, ну от силы второе поколение нуворишей. Они только-только из грязи в князи: откуда образование, откуда интеллигентность? Им кружат голову их деньги, их новое положение, их свобода делать что хочется в стране, где прав тот, у кого власть или деньги.

Пройдет это со временем. Все больше будет «шестисотых» и «Кайенов», спокойно едущих в потоке, соблюдающих правила и потому уступающих дорогу «Жигулям». Это будет происходить по мере того, как поколения новых русских посредством отечественных и зарубежных университетов, настоящего воспитания превратятся в интеллектуальную элиту нашего общества.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг