«ФЕРРАРИ» ВЫБРАСЫВАЛ НА СВАЛКУ ТОЛЬКО САМ ФЕРРАРИ

«ФЕРРАРИ» ВЫБРАСЫВАЛ НА СВАЛКУ ТОЛЬКО САМ ФЕРРАРИ

Есть в автомобильном мире очень красивые слова, которые как будто долго-долго придумывали талантливые люди для того, чтобы назвать ими удивительные машины – «Мерседес-Бенц», «Роллс-Ройс», «Мазерати», «Альфа-Ромео», «Ламборджини», «Феррари»... Мы конечно же знаем, что это – фамилии людей, которые такие машины создали, но, черт возьми, как жаль, что у нас, русских, подобных слов всего несколько – «Смирнов», «Давидофф», «Сухой», «Калашников»... Вслушайтесь, а ведь эти слова тоже красивые, они стали красивыми, покорив весь мир, разве не так?

«Феррари»... Это безупречная и хищная красота, силуэт машины будущего. «Феррари» – это роскошь, восторг за рулем. «Феррари» – это адреналин «Формулы-1». «Феррари» – это не просто мощный счет в банке, это – избранность.

Энцо Феррари родился в семье небедного «мастерового по металлу» в Модене, что на севере Италии, за два года до начала ХХ века. Мастерская находилась на первом этаже, а семья жила на втором, и все детство Энцо прошло под стук молотков с утра до вечера. Пацаном он мечтал стать либо оперным певцом, либо спортивным журналистом. Эти желания не изменила даже покупка отцом в 1903 году (!) автомобиля. Нет, еще не автомобиля – самобеглой коляски под гордым названием «Де Дион-Бутон» – всего два десятка таких колясок было тогда в Модене. А Энцо было всего пять лет.

Но когда ему стукнуло десять и отец взял его со старшим братом на автогонки «Болонское кольцо», маленький Энцо был ошеломлен – гонщиком, он будет только гонщиком! И уже через год на вторые в своей жизни гонки он пошел пешком – пять километров, через три поля, железную дорогу, по пыли и камням.

То, что они с братом станут знаменитостями, им было ясно. Но как стать знаменитыми с такой обыденной, заурядной фамилией – Феррари, ведь семейств Феррари тогда в Модене было полным полно? Но они-то точно станут известными на весь мир, и у них обязательно будут брать автографы, как брали на их глазах у победителей гонок, и тогда братья стали придумывать – каждый себе – самую красивую роспись для грядущих автографов: соревновались в этом на запотевших и заиндевевших оконных стеклах.

А через три года, в 1916 году, старший брат, кстати журналист, умирает на фронте от неизвестной болезни, и в том же году от воспаления легких умирает их отец.

Призывают в армию и Энцо. Первая его должность – инструктор по токарному делу в пожарном депо, вторая – «подковщик» мулов, таскающих по горам пушки. И – тяжелая болезнь: плеврит. Энцо безнадежен настолько, что медперсонал не обращает на него почти никакого внимания, к нему никто не подходит, его не лечат. Но он почему-то выздоравливает. Может быть, потому что ежедневный стук молотков под окнами его палаты напоминает ему такое солнечное, потрясающее детство? Энцо Феррари не знает, что этими молотками сколачивают гробы с утра до вечера.

С небольшим запасом денег он приезжает в Милан на завод ФИАТ (кстати, расшифровывается эта аббревиатура так: Фабрика Итальянская Автомобильная Туринская) и, рассказав о себе, слышит от главного инженера: «ФИАТ не настолько велик, чтобы принимать на работу всех уволившихся со службы итальянских солдат».

Энцо выходит на улицу, бредет неизвестно куда, потом садится на скамейку, откуда открывается красотища реки По, и плачет.

Энцо Феррари плакал всего два раза в жизни. И оба раза именно на этой скамейке с видом на реку По. Во второй раз, через тридцать лет, он с трудом, но отыщет эту скамейку – она чудом сохранится. Энцо Феррари опять сядет на нее и снова заплачет. Но заплачет он уже от счастья – наконец-то он стал знаменит на весь мир.

Сначала Энцо Феррари работает механиком и водителем в фирме, переделывающей грузовики в легковые автомобили, на которые был такой спрос, что все заводы Европы не успевали их производить. Потом он создает собственное предприятие при знаменитой фирме «Альфа-Ромео». Феррари не только продает ее продукцию, не только совершенствует, как бы подгоняет ее под требования богатых клиентов, но и готовит машины для автогонок – в те времена спортивные и серийные машины не сильно отличались друг от друга. Гоняет он и сам. В двадцать два года, после побед на нескольких престижнейших гонках, Энцо Феррари получает от журналистов титул «один из лучших гонщиков Италии», но все реже участвует в них и все чаще ездит по городам и странам по делам своего бизнеса. Как вы думаете, почему это происходит?

Нет, Феррари не гонится за большой деньгой бизнеса – кстати, хорошие гонщики получали, как и теперь, очень немалые деньги. Нет, Феррари не настолько прозорлив в отношении себя, чтобы понять, что великим гонщиком ему стать не дано. Все дело в том, что Энцо Феррари так любит машину, так чувствует ее, что не может ее мучить! Он не раз скажет и напишет потом в своих воспоминаниях: «Машина казалась мне живым существом, она становилась как бы частью меня самого». Ну разве может нормальный человек мучить и истязать себя самого?! А ведь автоспорт – это самое настоящее истязание автомобилей.

Но зато тот, кто чувствует автомобиль частью своего тела, как никто другой, способен его создать. Сначала Энцо создает собственную гоночную фирму, которая называется «Скудерия Феррари» – «конюшня Феррари». Первый гоночный автомобиль собственной конструкции Феррари создает накануне Второй мировой войны, называется он «Типо-815», а фирма Энцо носит название «Ауто Авио Конструционе», потому что право использовать имя «Феррари» остается у «Альфа-Ромео». И только в 1947 году, когда Энцо Феррари уже популярен, но еще не знаменит на весь мир, из ворот его завода выкатывается элегантный родстер «Феррари-125S Спорт», который сразу же берет три (!) Гран-при престижнейших гонок и делает его создателя знаменитым на весь мир. Помните слезы Маэстро на скамейке возле реки По? Они потекли из глаз Энцо именно после этих побед его автомобиля. После триумфа и вспышек блицев он исчез неожиданно для всех – ушел искать свою скамейку, на которой тридцать лет назад плакал от унижения и бессилия. С этого дня и отсчитывается история фирмы «Феррари».

Незадолго до своей кончины Энцо Феррари отказывает в аудиенции папе Римскому Иоанну Павлу Второму, когда тот приезжает в его второй родной город Маранелло. Они лишь вежливо переговорили по телефону. И по городу папу возит сын Энцо, Пьеро. Естественно, на «Феррари». Почему же Энцо отказывает папе Римскому во встрече? Да, он ссылается на болезнь. А не потому ли Феррари отказывает, что церковь не раз проклинала его за десятки и десятки смертей зрителей и гонщиков на трассах от его автомобилей? Не потому ли отказывает, что много лет церковь поддерживала обвинения Феррари в «непредумышленном убийстве», которые тот раз за разом опровергал не без помощи своих адвокатов? А газеты Ватикана называли его «Сатурном, пожирающим своих детей»?

Несмотря и на неоднократное падение популярности своей марки и даже на ее исчезновение на несколько долгих лет, Энцо Феррари становится все более и более знаменитым – за его машинами нет очередей, как за «Роллс-Ройсами», потому что большинство моделей «Феррари» делается всего лишь в нескольких десятках экземпляров, среди которых одинаковых нет! И делаются они для конкретных заказчиков, преимущественно для тех, у кого уже есть в гараже «Феррари», и не один. То есть делаются машины для старых, надежных клиентов. Почему? Да потому что, когда этот принцип нарушался и машины Энцо попадали в чужие руки, то не раз случалось, что на перепродаже всего лишь одной (!) его машины спекулянты наваривали по миллиону долларов!! Именно для того чтобы пресечь спекуляцию, Энцо не раз резко увеличивал выпуск своих машин.

Миллиардеры и магнаты не могли купить «Феррари». По крайней мере – из первых рук: Энцо предпочитал своих старых знакомых, друзей, аристократов и суперзвезд: Марчелло Мастрояни, Моника Витти, пианист Микеланджели, дирижеры Тосканини и Кароян, шах Ирана, король Бельгии Леопольд, принцесса Мария-Габриэлла Савойская, русский князь и гонщик Трубецкой, принц Бернгард Нидерландский – такой пиар не снился ни одной фирме мира. Некоторые великие после покупки «Феррари» говорили, что считают столицей Италии не Рим, а Маранелло. Для спасителя своей фирмы (в 1956 году), хозяина «ФИАТа» Джованни Аньелли, Энцо заложил вообще невиданную для того времени машину: эксклюзивный внешний вид, сиденье водителя – по центру, мощность пятилитрового мотора 360 л. с., разгон до сотни за 5,8 секунды, максимальная скорость 256 километров в час! Всего было сделано 37 автомобилей, не таких же, а подобных ему!

Возвращаясь с вечеринки, Аньелли попал на этой машине в аварию, сломал обе ноги и в результате до конца жизни прихрамывал, ходил, опираясь на трость, но он никогда не винил в этом машину, считая, что она спасла ему жизнь.

Автомобили «Феррари» очень редко перепродают. Старые, сломанные и даже битые «Феррари» без сожаления выбрасывал на свалку только один человек в мире – сам Феррари. Все остальные в мире «Феррари» либо стоят в гаражах, либо находятся в коллекциях своих владельцев, а после их смерти – в музеях их имени.

За что же так ценились и ценятся «Феррари»? Почему Энцо Феррари при жизни стал поистине автобогом?

Говорят, что на протяжении всей своей девяностолетней жизни Энцо Феррари, оставаясь в одиночестве, иногда подходил к зеркалу и произносил негромко: «Кто ты, парень? Зачем ты пришел в этот мир?..»

Есть такие редкие люди, которые и на пике славы, и в нелучшие времена так ведут себя с окружающими, как будто снисходят до них. Таким был Феррари. Относясь к машине как к живому существу, как к части себя, жалея машину, Энцо Феррари не жалел тех, кто под его руководством машины создавал, он не прощал им ни малейшей ошибки. На его предприятиях поощрялось доносительство. Феррари был жесток и внимателен к людям одновременно. До конца своих дней он обладал феноменальной памятью и помнил не только всех своих работников по именам, но и их родных, их дни рождения.

У Феррари был абсолютный нюх на таланты и на то новое, что относилось (или могло относиться!) к автомобилю. Он не любил расчетливых гонщиков, предпочитал таких, которых называл «гарибальдийцами» – отчаянных. Вероятно, ни одна другая марка машин не унесла столько жизней пилотов, сколько их унесла «Феррари». Кстати, не только пилотов, но и зрителей. Когда из «конюшни» «Феррари» вынужден был уйти один знаменитый гонщик, он так объяснил причину ухода: «Я не готов отдать жизнь за Старика». Его называли Стариком, Боссом, Драконом, создателем лучших спортивных автомобилей в мире. «Нет, их создали другие, – отвечал Феррари, – лично я – энтузиаст и вдохновитель».

В Маранелло, к Феррари, приезжали не только короли, принцы, принцессы, звезды искусства, папа Римский, которого Энцо не принял, приезжал туда и президент Италии Пертини – его Феррари принял. Принял он и титулы – дворянский, рыцарский, – которые ему даровали, но никогда не разрешал окружающим их употреблять. Он любил, когда его называли просто – «сеньор инженьере».

Сначала Феррари делал только гоночные машины и уже этим заработал себе мировую известность. Потом стал производить и спортивные автомобили – двухместные и с сиденьями два плюс два – на продажу. Гений Энцо Феррари состоял в том, что он в «Феррари» соединил четыре составляющих: красоту спортивного автомобиля, характеристики и адреналин «Формулы-1», роскошь «Роллс-Ройса» и – недосягаемость этой машины, не то что для простого смертного миллионера, но даже для избранных мира сего. Последователи и преследователи у «Феррари» были «Мазерати», позже – «Ламборджини», но все они оказались гораздо бледнее. Создавались машины и удачнее, чем «Феррари», но эти машины не были окружены тайной и особой избранностью «Феррари».

Был окружен тайной и сам Феррари. На гонки своих машин ездить он не любил, смотрел их по телевизору и затем ждал звонков своих людей с трасс. До конца жизни писал только перьевой авторучкой и только – фиолетовыми чернилами. Страшно боялся самолетов, на любые этажи поднимался пешком, потому что кабины лифтов приводили его в ужас. Самых высоких посетителей мариновал в приемной часами, не имея никаких срочных дел, а когда перед ними распахивались наконец тяжелые двери его кабинета, то люди входили туда обескураженные: темнота, кроме единственной слабой лампочки над портретом его рано умершего сына, другого света не было. Лишь через какое-то время они различали хозяина кабинета, сидящего в кресле за столом в темных очках!

Я слукавил – Энцо Феррари плакал не два раза в жизни, а четыре: еще он плакал, когда умерли его сын и жена. Правда, очевидцы в этом не уверены, ведь великого Старика редко видели без темных очков. Даже на похоронах. Я же уверен – он плакал.

Всю свою жизнь Энцо прожил с женой, считая брак священным. И все, кроме нее, знали о второй его семье, где Энцо отдыхал и душой, и телом – свекровь с невесткой были с железными характерами и не ладили никогда. Кстати, Лину, любовницу на всю жизнь, Энцо завел еще до рождения сына. Не отказывал себе Энцо и в мимолетных радостях. Законный сын Феррари – Дино был обречен с малых лет, и об этом знали все, кроме него самого: мышечная дистрофия, рассеянный склероз. Он умер двадцати семи лет от роду. И только после смерти жены Энцо Феррари узаконил свою вторую семью, дал внебрачному сыну Пьеро свою фамилию и сделал его наследником. Но в его способностях быть лидером, генератором идей, отец сильно сомневался, и был прав: Пьеро унаследовал кротость и безропотность матери, прожившей всю жизнь любовницей. Не потому ли Энцо в критическое для «Феррари» время, не видя преемника, продал 40 процентов своих акций «ФИАТУ», с условием перехода ему же своих 50 процентов после смерти, и лишь 10 процентов оставил сыну и своим потомкам на безбедное существование?

Черного, вставшего на дыбы жеребца – символ «Феррари» – Энцо получил в подарок после первой своей победы в гонках. В 1923 году победителя «Кольца Савио» принимала семья известного аристократа графа Баракка, потерявшая в Первой мировой сына Франческо. Тот был летчиком, признанным асом. И графиня Паолина, мать Франческо, сказала тогда Энцо: «Феррари, изобразите на своей машине вздыбленную лошадь, которая была нарисована на борту самолета моего сына. Его эмблема принесет вам удачу».

И последнее – всю свою жизнь Феррари боялся только одного человека – мать. Боялся даже на самой вершине своей славы, которую она, к счастью, застала. Она не вырезала статьи о нем, как жена, не восторгалась чужими восторгами, а, поджимая губы, часто реагировала на них так: «А все-таки мой старшенький был лучше».

Энцо Феррари умер в августе 1988 года, спустя шесть месяцев после торжеств в честь своего девяностолетия. Кстати, на третий день после юбилея невестка родила ему внука, которого назвали, естественно, Энцо. Похороны состоялись уже на другой после смерти день, и оказались они чрезвычайно скромными – улицы Модены были пустынны. Этой скромности нет объяснения до сих пор...

Тот, кто попадает в Модену, обязательно приходит на кладбище Сан-Катальдо. Там, над входом в белую мраморную усыпальницу, вырезано одно лишь слово – FERRARI. Они все здесь, рядышком. Такие разные при жизни. А под этим словом латинское: Ad maiora ultra vitam – «От земного к Великому».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.